И в яме выгребной увидеть можно звездопад

     ***

Живой!

Ну что с тобой?

Пора бежать в Гоа,
А может на Мальдивы,

Кирибати, Самоа

Где солнце,

Вечная весна.

Нет,

Не одна на всех,

Зловещая,

Как вырванный из сна,

Полет подбитого орла,

Что должен умереть

По прихоти шального выстрела

Чужого режиссера,

И сгинуть как всегда,

Как жизнь безумного актера,

Играющего Гамлета…

А на клинке Лаэрта

Яд,

И это не игра,

А мат,

И больше им двоим не жить,

И не вставать,

И нас своей игрой не ублажать,

И никакая…

…древняя Медея не поможет.

От искажения истории корёжит,

Но так решили кабинетные козлы.

А плебс молчит – ему не ведомы

Все перипетии кровавой догмы

И уродливой мечты.  

Но мне мерещится

Не бутафорская,

Из шифрограммы,

Настоящая весна,

Что к нам приходит,

Как всегда…

Но я не знаю

Как бежать?

С большой трубой,

Подзорной,

Бронзовой…

Ну, той,

В которой Нельсон

Видел, бил и знал врага?

В далеком крымском детстве

У меня была –

«Малышка» с треснутым стеклом,

И я в Горацио играл на чердаке,

Круша французский флот:

Вон там фрегат,

За домом плот,

Плывет брандер…

Огонь!

А ведер нет,

Отец отнял –

Сосед устал внимать

Безумный грохот

Трафальгарской канонады…

Но та моя игра…

Не говори – не надо,

Здесь не игра – война.  

И то, что вы мне протянули,

Так это не труба,

Чтобы смотреть,

Как выстрелят,

Убьют меня…

А простенький калейдоскоп,

Не микроскоп,

А сон

Про бабу, что жила

Тогда…

С огромным задом

Похотливою судьбой,

С имперскими амбициями

И злобой не людской.

Она так много выплеснула зла,

Что та беда

Догнала нас сегодня..

Кровь, беда.

И как же хочется,

Чтоб все-таки

Не навсегда!

Мы в будущее смотрим…,

А там ее,

От похоти, горящие глаза,

Ее эпоха,

Мысли,

Из истории заноза,

Жуть чертополоха…

Для всех она давно ушла,

А к нам опять пришла,

Вернулась из небытия...

О, Господи,

Что за судьба –

Борьба, стрельба.

Теперь

Обманом будем жить,

И кто-то будет зло плодить,

В трёхгранном зеркале,

В трубе столетий,

За жизнью поколений

И стремлений

Эпох, грехов, падений,

Разночтений…

А разноцветные стекляшки памяти

Летят и падают,

И не вернуть назад,

И падают, и падают,

Летят…,

И вертится  узор,

Забавный, замкнутый, случайный,

Замысловатый, странный…

Вроде, как живой…

А перед Смертью там

Из кирпича большой забор.

Нас загоняют в прошлое.

Уже стоит конвой,

А жертвы пляшут,

Крутят головой.

Визжат – ура!

Какого черта –

Там же тьма?

Им все равно,

У них пустая голова,

Им все равно куда ведет

Смертельная тропа.

Вперед-назад,

Хоть вверх,

Хоть вниз,

Хоть в Рай

Хоть в Ад,

Им нечего сказать,

Они умеют только лгать

И от безумия орать,

И верить в ложь.

И вроде как на ложе спать

А там скрипучая,

Из прошлого

Кровать…

И вещих снов им не видать

Не отгадать

И не узнать...

И в яме выгребной

Увидеть можно звездопад

И в горном озере…

Да вот испить воды студёной,

Вонь не даст!

И страх,

И пласт

Остатков разума

И слизь ума…

А что теперь,

Когда по миру бродит смерть?

Хоть верь-не верь –

Поймали на живца

Кравца,

Что шил камзол

Для смертного одра…

Теперь разыскивают

Жирного осла.

А он так исхудал,

За этот год:

Бескормица,

На пропитание никто не подает,

Он рухнул в бездну

Не придуманного сна,

Закрыв навек глаза…